Блог сайта «Рифли» Прогноз погоды

Основная статья: Господь

Показаны все темы: 6 RSS друзей

ПАСХА. Исход. 12 глава (Восстановительный перевод; примечания)

                                        

               У еврейского народа было два календаря: гражданский и священный, связанный с Божьим спасением. Это перекликается с тем обстоятельством, что у Божьих людей есть два рождения, два начала: физическое рождение с физическим началом и духовное рождение с духовным началом (ср.Ин.3:3-6). ПАСХУ, новое начало для детей Израиля, совершали в первом месяце священного года-месяце  авиве.

       ИСХОД - это книга картин, которые изображают Божье спасение, открывающееся в Новом Завете. Изображенная в этой главе ПАСХА - это всеобъемлющий ПРООБРАЗ ХРИСТА как нашего искупления, с которого начинается наше переживание Божьего спасения.                                        

          Пасхального ягненка брали в десятый день месяца и четыре дня исследовали, чтобы удостовериться, что он без порока; затем его убивали в четырнадцатый день. Точно так же Господа Иисуса как  действительного пасхального ягненка четыре дня исследовали и в итоге признали совершенным, не имеющим никаких изъянов (Ин.8:46;18:38;19:4,6), прежде чем Его убили в день ПАСХИ (Лук.22:7-8,14-15;Ин.18:28).

                 Семь дней в Библии обозначают завершенный период времени, а конец недели обозначает конец жизни. То, что пасхального ягненка убивали в четырнадцатый день месяца, по окончании двух полных недель, означает, что смерть Христа положила конец всей истории нашей старой жизни. Как  пасхальный ягненок, Христос был убит всем Божьим народом.

                 Кровь, которую наносили на косяки и перекладину дверей в домах, - это ПРООБРАЗ  искупающей  крови  Христа (Мф.26:28;Ин.19:34;1Пет.1:18-19). Эта  кровь  открывала  искупленным  путь  для входа в  дом; это подразумевает, что кровь Христа открывает  нам  путь  для  вход  в Христа, прообразом которого является  дом(Евр.10:19). Та же самая кровь закрывала  доступ для уничтожителя, тем самым защищая искупленных от суда.

          Дома, в которых дети Израиля ели  пасхального ягненка, - это ПРООБРАЗ ХРИСТА. Ягненок был средством искупления, а дом был средством сохранения искупленных. Как Искупитель Христос является ягненком, а как Хранитель Он является  домом. Кровь ягненка находилась на дверях, а плоть ягненка находилась в  доме. Таким образом, ягненок, дом и те, кто НАСЛАЖДАЛСЯ ПАСХОЙ, становились одним целым.

Это картина того, как искупленные  наслаждаются  Христом.

              Кровь  пасхального  ягненка предназначалась для  искупления, для того, чтобы искупить детей Израиля от Божьего смертного суда, а плоть ягненка предназначалась для жизненного снабжения, для того, чтобы укрепить людей для выхода из Египта. Плоть ягненка обозначает распятую и воскрешенную жизнь Христа как снабжение для Божьих искупленных людей. Благодаря воплощению, распятию и воскресению Христа Его плоть стала пищей для Божьих искупленных.

              В действительности ПАСХИ Кровь Христа можно пить, Плоть Христа можно есть и весь Христос съедобен (ИН.6:51-57,63). Есть пасхального ягненка с головой, ногами и внутренностями - значит принимать Христа во всей Его целости, в Его мудрости, деятельности, движении и внутренности(ИН.6:57;1Кор.1:24;Отк.14:4б;Флп.1:8).

             Дети Израиля применяли ПАCХУ таким образом, чтобы стать Божьм войском. И то, что они препоясали чресла, и то, что они надели сандалии, было их подготовкой к сражению (ср.Эф.6:14а,15). И пояс, и сандалии, и посох были предназначены для их пути ИЗ Египта, пути войны.

               Поскольку сражение должно было начаться в ближайшее время, они ели Пасхального ягненка поспешно. То, что они съели ягненка, подготовило их к сражению.

              Существительное "ПАСХА", которое происходит от еврейского глагола, означающего "ПРОЙТИ МИМО", показывает, что благодаря Крови Христа, действительного пасхального ягненка(ИН.1:29), Божий суд проходит мимо нас.

              ПАСХУ следовало праздновать как праздник Иегове; иначе говоря, ее следовало есть с наслаждением - для Иеговы и вместе с Иеговой. Акцент в  Пасхе делается НА ВКУШЕНИИ Пасхи (Лук.22:11,15.

ЗНАЧЕНИЕ ВКУШЕНИЯ СОСТОИТ В ТОМ, ЧТО МЫ ЖИВЕМ ТЕМ, ЧТО МЫ ЕДИМ (Ин.6:57).

                Сама Пасха, которую совершали в четырнадцатый день первого месяца, продолжалась только ОДИН день. Праздник Бесквасного хлеба, служивший продолжением Пасхи, длился СЕМЬ  дней.

              Во время праздника Пасхи ягненка следовало есть с бесквасным хлебом. То, что в продолжение Пасхи СЕМЬ дней (полный отрезок времени) ели  бесквасный хлеб, означает, что в течение всей своей христианской  жизни, начиная с того момента, когда мы приняли Христа и были спасены, мы должны  продолжать свое НАСЛАЖДЕНИЕ, избавляясь от всего греховного.

            В течение семи дней, пока продолжался праздник Бесквасного хлеба, закваска НЕ должна была находиться в домах, и закваски НЕ должно было  быть видно среди народа Израиля. Это означает, что, хотя для нас невозможно быть полностью свободными от греха, мы должны избавиться от всякого греха, который виден, т.е. ОСТАВИТЬ сознаваемый нами грех (ср.Евр.12:1).

              Устранить проявившийся грех - значит праздновать праздник Бесквасного хлеба (1Кор.5:7-8). Если мы будем мириться с грехом ПОСЛЕ того, как он  был изобличен, мы ПОТЕРЯЕМ наслаждение общением с Божьим народом (1Кор.5:13).

        Избавиться от греха МОЖНО только, ЕСЛИ каждый день ЕСТЬ Христа как распятую, воскрешенную и безгрешную жизнь, которую обозначает  бесквасный хлеб.

         Чтобы участвовать в Пасхе, дети Израиля должны были войти в окропленные кровью дома и оставаться в них. По тому же принципу, мы, чтобы участвовать в Христе и Его искуплении, должны отождествиться с Христом, войдя в Него и оставаясь в Нем (Эф.1:7;1Кор.1:30;Ин.15:4). Дом и кровь были НЕ отделимы друг от друга; точно так же Христос и Его искупление составляют единое целое.

       Совершая ПОЛНЫЙ исход ИЗ Египта, дети Израиля взяли с собой все свое имущество. Их ИСХОД был настолько внушительным, что множество разноплеменных людей, которые не были израильтянами, были готовы последовать за ними.

ИМЕННО ТАК БОГ ПРЕДПИСЫВАЕТ НАМ ВЫХОДИТЬ ИЗ МИРА.

             Во время пасхальной ночи Бог бодрствовал, наблюдая за Своим народом, чтобы вывести их из мира, а они содействовали Ему, бодрствуя вместе с Ним. Чтобы совершить исход из мира, мы НЕ должны "спать"; мы должны бодрствовать, быть бдительными, быть настороже (Рим.13:11-13а;1Фес.5:5-7).

                ЦЕЛЬ исхода Божьго народа из мира - ОСВЯЩЕНИЕ Господу. Искупление предназначено для того, чтобы обезопасить Божий народ, а ОСВЯЩЕНИЕ - для того, ЧТОБЫ ИСПОЛНИТЬ БОЖИЙ ЗАМЫСЕЛ.

       У тех, кто освящается, принимая Христа как свою Замену, у кого есть НОВОЕ НАЧАЛО жизни, и  кто избавляется от всего выявленного греха, повседневная жизнь будет достойна стать чем-то памятным, вечным воспоминанием.


Комментарии: 5
7
28 апр 11, 02:39 Светлана Чернецкая

ДМИТРИЙ МЕРЕЖКОВСКИЙ. "ИИСУС НЕИЗВЕСТНЫЙ". ТОМ ПЕРВЫЙ. ЧАСТЬ I. ГЛАВА 3 (I-XI)

                                 МАРК, МАТФЕЙ, ЛУКА

I.   В звездное небо из подвижной щели обсерваторного купола устремленный глаз телескопа может быть также свят, как псалом Давида:

     Небеса проповедуют славу Божию,

     и о делах рук Его вещает твердь.

     (Пс. 18: 1)

     Этого люди малого знания не видят; видят Ньютон и Коперник. Критика - такой устремленный в евангельское небо телескоп, а пристальное, тысячелетнее внимание, напряженность взгляда на Евангелие - телескопного стекла шлифовка. Может быть, лучше всех ученых богословов и критиков читают Евангелие ребенок и святой; но эти могут не увидеть в нем того, что видят те1.

II.  Новое, небывалой мощи и совершенной шлифовки стекло в телескопе евангельской критики - так называемая "Двухисточниковая теория", Zweiquellentheorie. Что она такое, так же трудно объяснить в немногих словах, как что такое спектральный анализ. Но мы должны верить, что люди свято проводят иногда целую жизнь в обсерваториях и в евангельской критике, там, наблюдая внешнее, космическое небо, здесь, внутреннее, евангельское, - это бездоннее того. Пристального внимания целой человеческой жизни мало, - нужно внимание целых поколений, чтобы открыть новые звезды-миры. Их-то и открывает Двухисточниковая теория.

III.    Марк, древнейший из синоптиков ("Со-видцев", "Со-гласников"), к Человеку Иисусу для нас ближайший свидетель, - по крайней мере, в тех свидетельствах, какие мы имеем сейчас, - Марк - один из "двух источников" нашего знания. Марку, а не Матфею принадлежит, вопреки церковному преданию, первое место в историческом порядке Евангелистов. Вовсе не Марк, как думали прежде, заимствует у двух остальных синоптиков, а, наоборот, те - у него. Целого почти века научных усилий, целых жизней человеческих, может быть, иногда с гибелью душ - утратою веры, - стоило и это сравнительно легкое открытие. Вторая же часть теории еще труднее.

     Марк для Луки и Матфея - не единственный, а только один из двух источников. Следуя за Марком, с большею точностью в передаче слов Господних, с меньшею - в изображении событий, Матфей и Лука друг друга не знают, в чем легко убедиться, по слишком явным, и, при взаимном знакомстве, невозможным, "противоречиям", особенно в повествовании о Рождестве и о явлениях воскресшего Господа. Чем же объяснить совпадение Луки и Матфея до поразительной, иногда буквальной, грамматической точности, в передаче главнейших, все решающих, но у Марка отсутствующих, слов Господних? Только тем, что оба они черпают из какого-то невидимого нам, может быть, древнейшего, чем Марк, досиноптического, наверное, письменного, источника, вероятно, того самого, о котором упоминает и Папий или стоящий за ним "пресвитер Иоанн", говоря о "словах Господних", Logia kyriaka, будто бы "собранных" или записанных мытарем Матфеем-Левием на "еврейском", т. е. арамейском, языке, и, должно быть, смешивая эту запись с нашим греческим Матфеем2.

      Если нам кажется, что мы хорошо знаем этот невидимый источник, по нашим двум синоптикам и что, следовательно, открытие незначительно, мы грубо ошибаемся. В очень глубоком, подземном, скрытом от нас, течении своем воды источника могут иметь совсем иную температуру, цвет и вкус, чем в явном, - может быть, даже в искусственных водоемах, - наших двух синоптиков. Быть там, куда окно выходит, или только смотреть в окно, - вовсе не одно и то же. Этот досиноптический Источник - так называемое Q (Quelle) - частью уже восстановлен, но только частью, потому что вопрос о нем будет решен окончательно лишь вместе с вопросом об отношении синоптиков к стоящему вне их и даже как будто против них, загадочнейшему из наших Евангелистов - "одной из величайших загадок всего христианства" - Иоанну3.

      Но если до этих глубин евангельского неба пока еще не досягают и наибольшей силы объективы в телескопах критики, то мы уже и теперь подходим в Двухисточниковой теории к таинственнейшему первоисточнику наших Евангелий, к тому глубокому, ясному и все-таки темному зеркалу, где ближе и яснее всего отразилось лицо Иисуса Неизвестного. Так иногда, в очень прозрачном воздухе очень ясных ночей, можно видеть и невооруженным глазом, как неполной луны яснеет темный и замыкается полный круг.

      Прежде, однако, чем заглянуть в это темно-ясное зеркало, а может быть, и за него - по ту сторону Евангелия, надо вглядеться пристальней в видимые для нас, но страшно, от двухтысячелетней пыли-привычки, потускневшие зеркала синоптиков.

IV.   Сколько Евангелий? Четыре? Нет, три и одно. Это легко объяснить графически. Стоит только нарисовать красным карандашом на белой бумаге три палочки вместе, и одну, поодаль, - синим: те три - синоптики, - "Согласники", а эта одна, - "Несогласник", и даже как будто "Противник" тех, - Иоанн.

      Что это? Кто это? На этот вопрос можно ответить только вместе с ответом на вопрос, как относится Иоанн к синоптикам - один к трем.

V.    "Марк, толмач Петра, записал с точностью, но не в порядке, все, что запомнил о сказанном и сделанном Христом, потому что сам не слышал Господа, а только впоследствии был, как я уже сказал, толмачом Петра, учившего, смотря по нужде, но всех слов Господних, в полноте не излагавшего. А потому, Марк не погрешил, записывая лишь кое-что на память и заботясь только об одном, как бы чего не забыть или не сказать неверного"4. Это сообщил Папию "Пресвитер Иоанн". Кто он такой, мы не знаем наверное, но очень вероятно, как сейчас увидим, наш "Евангелист Иоанн" - только не Апостол, сын Заведеев, "ученик, которого любил Иисус", а кто-то другой, - чудно с ним сросшийся двойник его, близнец, телом его отброшенная, но уже от него неотделимая тень.

     Верно ли понял и точно ли передал Папий слова Пресвитера Иоанна, мы тоже не знаем, но, на всякий случай, будем помнить остерегающий отзыв церковного историка Евсевия о Папии: "очень малого ума человек"5, что, разумеется, не значит: "из ума выживший", - такой бы не усидел в епископах, или: "слабоумный", - такого бы не поставили в епископы, а просто: "человек бестолковый". Но если даже Папий верно понял и точно передал слова Иоанна о "непорядке" в писаниях Марка, слишком все-таки верить ему нельзя. "Не погрешил", как будто оправдывает он, а на самом деле обвиняет Марка, наводит на него пусть легчайшую, а все-таки тень. Но и слишком удивляться отзыву Иоанна-Папия мы не должны.

     Два Евангелиста - два писателя: Иоанн (если наш "евангелист Иоанн" и "Пресвитер" Папия - одно и то же лицо), Иоанн и Марк; один говорит о другом: "мое писание вернее, мой порядок лучше" (Иерусалим - Иудея, вместо Капернаума - Галилеи). Если не в высоком духе предания, то попросту, житейски (а ведь именно и так надо читать все древние, даже церковные памятники), это слишком понятно и естественно6.

     Можно ли примирить Марка с Иоанном, мы еще не знаем, но уже и сейчас несомненно, что единственно ясный порядок событий, которому следует и Матфей, и Лука, и даже, в значительной мере, сам Иоанн, - только у Марка: к жизни Иисуса Неизвестного или здесь, или нигде - единственный ключ7.

VI.    Марк - "толмач" Петра. Все, что говорил Петр, своими глазами видевший, своими ушами слышавший Господа, вспоминает и записывает Марк с точностью, "заботясь только об одном, как бы чего не забыть или не сказать неверного", - этому свидетельству Папия - Иоанна Пресвитера - мы можем верить вполне8. Но, если бы даже не было у нас ни свидетельства Папия, ни предания Церкви, мы все-таки могли бы заключить, по самому Евангелию Марка, что в нем сохранились воспоминания очевидца, одного из Двенадцати, всего вероятнее, именно Петра9.

VII.    Есть у Марка излюбленное, даже краем глаза читающему заметное, словечко: "тотчас", ευθύς. От первой главы до последней повторяется оно бесчисленно, упорно, однозвучно, кстати и некстати, почти как механическое движение - "тик" - трудно сказать, чей - Марка, Петра или обоих; кажется, последнее вернее: может быть, ученик заразился от учителя. В этом-то запыхавшемся "тотчас", как бы задыхающемся беге к Нему, к Нему одному, к Господу, в этом стремительном полете брошенного из пращи Господней в цель, Камня-Петра, - может быть, и поняли они друг друга лучше всего и полюбили навсегда.

     Слышит Петр: "Следуй за Мной", и тотчас, оставив сети, следует за Ним; видит Его, идущего по воде, и тотчас сам хочет идти; чувствует, что "Хорошо" быть на горе Преображения, и тотчас: "сделаем три кущи"; видит, что дело доходит до драки, и тотчас - меч из ножен, и отсек ухо Малху; видит, что дело дошло до креста, и тотчас: "не знаю сего Человека"; слышит, что гроб пуст, и тотчас бежит к нему взапуски с Иоанном, и обгоняет его; видит, что Господь идет по дороге из Рима: "Куда идешь?" - "В Рим, снова распяться", и тотчас возвращается, теперь уже навеки, - больше никуда не пойдет; "тотчас" сделается вечностью; брошенный камень попал-таки в цель - лег и не сдвинется: "Церковь Мою созижду на камне сем".

     Милый, родной, самый человеческий, самый грешный и святой из Апостолов - Петр! Кажется, весь он - в этом стремительном "тотчас" и не будь его, ни Петра, ни христианства бы не было.

VIII.    В сонме учеников Петр всегда на первом месте у Марка, но меньше всех польщен, - напротив. "Блажен ты, Симон Ионин"... пропущено, кажется не Марком, а самим Петром. Но осталось: "отойди от Меня, сатана!" Кто мог бы вспомнить это, кроме самого Петра? И еще страшнее, потому что тише: "Симон, ты спишь? Не мог ты бодрствовать один час?" (4: 37). Это не укор, а только тихая жалоба, но так невыносимо, что Матфей смягчил, Лука стер совсем. Только Марк, как слышал, так и передал: понял, должно быть, что Петру будет легче так; лучше всех понял его, потому что больше всех любил.

IX.    "Господа Марк не видел и не слышал", -- можно заключить из свидетельства Папия. Так ли это на самом деле?

     Марк, по-церковному, кажется, исторически-верному, преданию, писал Евангелие около 64 года, незадолго до смерти Петра или вскоре после нее, во всяком случае, не позже 70-х годов, потому что в "апокалипсисе" Марка конец мира все еще совпадает с концом храма; писал, тоже согласно церковному преданию, должно быть, в Риме, судя по многим латинским словам, а также по упоминанию Александра и Руфа, сыновей Симона Киринеянина, живших тогда в Риме и хорошо известных тамошней общине (Римл. 16: 13). Но очень вероятно, что Марк слышал "воспоминания" Петра, еще в 40-х годах, в Иерусалиме, где был, как мы узнаем из Деяний Апостолов (12: 12), "дом матери Иоанна Марка" (эллино-иудейское, двойное имя). В доме этом, как мы тоже узнаем из Деяний Апостолов (1: 13; 2: 2), собирались ученики, по воскресении Господа. Здесь-то, - может быть, в той самой "горнице" анагайоне, верхнего жилья, где, по очень древнему сказанию Церкви, происходила и Тайная Вечеря, и Пятидесятница, - мог слышать Иоанн-Марк "воспоминания" Петра10.

      Если в 44-м году Марку было, как мы знаем, лет 30, то в 30-х годах, во дни Иисуса, ему было лет 14, и, следовательно, он мог быть очевидцем того, что происходило тогда в Иерусалиме и в доме матери.

     Есть у него, в рассказе о Гефсиманской ночи, одно, как будто ненужное, не поучительное, а только описательное, "воспоминание": "некий отрок, завернувшись по нагому телу покрывалом - (sindon, четырехугольный кусок полотна, вроде нашей простыни) - следовал за Ним (Иисусом), и воины схватили его. Но он, оставив покрывало, нагой, убежал от них" (14: 51--52). По очень тоже древнему сказанию, этот неизвестный отрок - не кто иной, как сам Иоанн-Марк11. Черточку эту, ему одному дорогую, незабвенную, вставил он в рассказ, как художник пишет в углу картины: Ipse fecit: "Сам писал".

     В той быстроте - "раньше сделал, чем подумал", - с какой четырнадцатилетний мальчик вскочил ночью, может быть, прямо с постели, - не спал, слушал, что происходит в доме, - и, завернувшись по нагому телу в простыню, побежал за учениками, тайком, крадучись, из Иерусалима в Гефсиманию, чтобы видеть и слышать все до конца, - в этой быстроте как будто уже слышится будущее Марково-Петрово "тотчас" - задыхающийся бег любви к Нему, к Нему одному, к Господу.

X.    Эти-то воспоминания очевидца и вспыхнули в Марке, с новою, чудною живостью, через 40 лет, в Риме, когда он слушал Петра. Что это действительно так, подтверждается и очень древним, от II века, свидетельством Канона Муратори (Canon Muratori): "в ином же Марк и сам участвовал и, как оно было, так и записал. Aliquid tamen interfuit et ita posuit12. Если виденное и слышанное Петром Марк передал нам с такою, никогда не превзойденною, живостью, то, может быть, потому что и сам кое-что видел и слышал13.

      Марку, в словесной "мелкой живописи" (миньятюре), кажется, нет равного. Что же это такое? Чудо искусства, как у Гомера и Данте, если не большее, потому что внезапное, - как и откуда взялось, неизвестно: Симона-рыбака немногим грамотней Марк, "толмач", даже по-гречески пишущий плохо; или, в самом деле, это "продиктовано Духом Святым", как на органных клавишах разыграно? Нет, ни то, ни другое, а естественное чудо любви: незабвенно помнящий, потому что бесконечно любящий, Святого святой очевидец. А если так, то можно сказать: другого подобного свидетеля мы не имеем ни об одном лице во всемирной истории.

XI.    Марку, так же как всем слишком правдивым людям, не посчастливилось.

      Кажется иногда, что первого Евангелиста недолюбливает Церковь и только за древность уважает нехотя. В до-каноническом, до-церковном порядке Евангелий, по древнейшему кодексу Cantabrigiensis D, Марк, а значит, и стоящий за ним Верховный Апостол Петр, поставлены на последнее место: Матфей, Иоанн, Лука, Марк. А в порядке позднейшем, каноническом, Марк, хотя и переставлен на второе, как будто более почетное, место, но это, может быть, еще хуже: здесь маленького Марка спрятали между большими, Матфеем и Лукою, слишком смелого - за осторожного Матфея, слишком острого - за мягкого Луку, да исцеляет "врач возлюбленный" раны-укусы Маркова Льва. В этом-то темном углу и простоял он, как наказанный школьник, пятнадцать веков14. Только свободная критика снова поставила первого свидетеля на первое место; не побоялась говорящего истину о Том, Кто сам о себе говорит: "Я есмь истина".

 

 

 

  


Комментировать
7
19 апр 10, 23:54 Ольга Голипад 0

ДМИТРИЙ МЕРЕЖКОВСКИЙ. "ИИСУС НЕИЗВЕСТНЫЙ". ТОМ ПЕРВЫЙ. ЧАСТЬ I.ГЛАВА 1 (I-IX)

          НЕИЗВЕСТНОЕ ЕВАНГЕЛИЕ. 1. БЫЛ ЛИ ХРИСТОС?

I.   Странная книга: ее нельзя прочесть; сколько ни читай, все кажется, не дочитал, или что-то забыл, чего-то не понял; а перечитаешь, - опять то же; и так без конца. Как ночное небо: чем больше смотришь, тем больше звезд.

     Умный и глупый, ученый и невежда, верующий и неверующий, - кто только читал эту книгу - жил ею (а иначе не прочтешь), тот с этим согласится, по крайней мере, в тайне совести; и все тотчас поймут, что речь идет здесь не об одной из человеческих книг, ни даже о единственной, Божественной, ни даже о всем Новом Завете, а только о Евангелии.

II.   "О, чудо чудес, удивление бесконечное! Ничего нельзя сказать, ничего помыслить нельзя, что превзошло бы Евангелие; в мире нет ничего, с чем можно бы его сравнить"1. Это говорит великий гностик II века, Маркион, а вот что говорит средний католик-иезуит XX века: "Евангелие стоит не рядом, ни даже выше всех человеческих книг, а вне их: оно совсем иной природы"2. Да, иной: книга эта отличается от всех других книг больше, чем от всех других металлов - радий, или от всех других огней - молния, как бы даже и не "Книга" вовсе, а то, для чего у нас нет имени.                    

III.   Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа. В русском переводе.Санкт-Петербург.1890 

     Маленькая, в 32-ю долю листа, в черном кожаном переплете, книжечка, 626 страниц, в два столбца мелкой печати. Судя по надписи пером на предзаглавном листке: "1902", она у меня, до нынешнего 1932 года, - 30 лет. Я ее читаю каждый день, и буду читать, пока видят глаза, при всех, от солнца и сердца идущих светах, в самые яркие дни и в самые темные ночи; счастливый и несчастный, больной и здоровый, верующий и неверующий, чувствующий и бесчувственный. И кажется, всегда читаю новое, неизвестное, и никогда не прочту, не узнаю до конца; только краем глаза вижу, краем сердца чувствую, а если бы совсем, - что тогда?

     Надпись на переплете: "Новый Завет", стерлась так, что едва можно прочесть; золотой обрез потускнел; бумага пожелтела; кожа переплета истлела, корешок отстал, листки рассыпаются и кое-где тоже истлели, по краям истерлись, по углам свернулись в трубочку. Надо бы отдать переплести заново, да жалко и, правду скажу, даже на несколько дней расстаться с книжечкой страшно.

IV.    Так же как я, человек, - зачитало ее человечество, и, может быть, так же скажет, как я: "что положить со мною в гроб? Ее. С чем я встану из гроба? С нею. Что я делал на земле? Ее читал". Это страшно много для человека и, может быть, для всего человечества, а для самой Книги -страшно мало.

     Что вы говорите Мне: "Господи! Господи!" и не делаете того, что Я говорю? (Лк. 6: 46).

     И еще сильнее, страшнее, в "незаписанном", agraphon, не вошедшем в Евангелие, неизвестном слове Иисуса Неизвестного:

       Если вы со Мною одно,

       и на груди Моей возлежите,

       но слов Моих не исполняете,

        Я отвергну вас3.

      Это значит: нельзя прочесть Евангелие, не делая того, что в нем сказано. А кто из нас делает? Вот почему это самая нечитаемая из книг, самая неизвестная.

V.   Мир, как он есть, и эта Книга не могут быть вместе. Он или она: миру надо не быть тем, что он есть, или этой Книге исчезнуть из мира.

      Мир проглотил ее, как здоровый глотает яд, или больной - лекарство, и борется с нею, чтобы принять ее в себя, или извергнуть навсегда. Борется двадцать веков, а последние три века - так, что и слепому видно: им вместе не быть; или этой Книге, или этому миру конец.

VI.   Слепо читают люди Евангелие, потому что привычно. В лучшем случае, думают: "Галилейская идиллия, второй неудавшийся рай, божественно-прекрасная мечта земли о небе; но если исполнить ее, то все полетит к черту". Страшно думать так? Нет, привычно...

      Две тысячи лет люди спят на острие ножа, спрятав его под подушку -- привычку. Но "Истиной назвал Себя Господь, а не привычкой"4.

      "Темная вода" в нашем глазу, когда мы читаем Евангелие, - не - удивление - привычка. "Люди не удаляются от Евангелия на должную даль, не дают ему действовать на себя так, как будто читают его в первый раз; ищут новых ответов на старые вопросы; оцеживают комара и проглатывают верблюда"5. В тысячный раз прочесть, как в первый, выкинуть из глаза "темную воду" привычки, вдруг увидеть и удивиться, - вот что надо, чтобы прочесть Евангелие как следует.

VII.    "Очень удивлялись учению Его", это в самом начале Иисусовой проповеди, и то же, в самом конце: "весь народ удивлялся Его учению" (Мк. 1: 22; 11: 18).

     "Христианство странно"6, - говорит Паскаль. "Странно", необычайно, удивительно. Первый шаг к нему - удивление, и чем дальше в него, тем удивительней.

     "Первую ступень к высшему познанию (гнозису) полагает св. Матфей в удивлении... как учит и Платон: "всякого познания начало есть удивление", -вспоминает Климент Александрийский, кажется, одно из "незаписанных слов Господних", agrapha, может быть, в утерянном для нас, арамейском подлиннике Матфея:

   Ищущий да не покоится...

   пока не найдет;

   а найдя, удивится;

   удивившись, восцарствует;

   восцарствовав, упокоится7.

  VIII.  Мытарь Закхей "искал видеть Иисуса, какой Он из Себя; но не мог за народом, потому что мал был ростом; и, забежав вперед, взлез на смоковницу" (Лк. 19: 3--6).

     Мы тоже малы ростом и взлезаем на смоковницу -- историю, чтобы видеть Иисуса; но не увидим, пока не услышим: "Закхей! сойди скорее, ибо сегодня Мне надобно быть у тебя в доме" (Лк. 19: 5). Только увидев Его у себя в доме, сегодня, мы увидим Его, и за две тысячи лет, в истории.

     "Жизнь Иисуса", - вот чего мы ищем и не находим в Евангелии, потому что цель его иная - жизнь не Его, а наша - наше спасение, "ибо нет другого имени под небом, данного человеком, которым надлежало бы нам спастись" (Деян. 4: 11, 12).

     "Это написано, чтобы вы поверили, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь" (Ио. 20, 31). Только найдя свою жизнь в Евангелии, мы в нем найдем и "жизнь Иисуса". Чтобы узнать, как Он жил, надо, чтобы Он жил в том, кто хочет это узнать. "Уже не я живу, но живет во мне Христос" (Гал. 2: 20).

     Чтобы увидеть Его, надо услышать Его, как услышал Паскаль: "В смертной муке Моей, Я думал о тебе, капли крови Моей Я пролил за тебя"8. И как услышал Павел: "Он возлюбил меня и предал Себя за меня" (Гал. 2: 20). Вот самое неизвестное в Нем, Неизвестном: личное отношение Иисуса Человека к человеку, личности, -- прежде чем мое к Нему, Его ко мне; вот чудо чудес, то, чем отличается от всех человеческих книг - огней земных, эта небесная молния - Евангелие.

IX.    Чтобы прочесть в Евангелии "жизнь Иисуса", мало истории; надо увидеть и то, что над нею, и до нее, и после - начало мира и конец; надо решить, что над чем, - над Иисусом история, или Он над нею; и кто кем судится: Он ею, или она Им. В первом случае нельзя увидеть Его в истории; можно - только во втором. Прежде чем в истории, надо увидеть Его в себе. "Вы во Мне, и Я в вас" (Ин. 15: 3) - этому записанному слову Его отвечает "не записанное", аграф:

      Так увидите Меня в себе,

       как если кто видит себя

       в воде или в зеркале9.

      Только подняв глаза от этого внутреннего зеркала -вечности, мы увидим Его и во времени - в истории.

   Мир проглотил ее, как здоровый глотает яд, или больной -- лекарство, и борется с нею, чтобы принять ее в себя, или извергнуть навсегда. Борется двадцать веков, а последние три века -- так, что и слепому видно: им вместе не быть; или этой Книге, или этому миру конец.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Комментировать
7
7 апр 10, 18:30 Ольга Голипад 0

ПОСТ НАСТАЛ...

      И повергшись пред Господом, молился я, как прежде, сорок дней и сорок ночей, хлеба не ел и воды не пил, за все грехи ваши, которыми вы согрешили ... Ибо я страшился гнева и ярости, которыми Господь прогневался на вас... (Втор. 9: 18, 19; Исх. 34: 28)

      Наступил Великий пост в Православной Церкви. Церковь облеклась в черные одежды. Это самый длительный пост, и поэтому у православных особенно много волнений: Что можно есть? Когда есть, в какие дни? Чего нельзя есть? Какие послабления для болящих? Как молиться, когда, каким святым? Люди вопрошают друг друга, наставляют, дают советы друг другу. Немногие способны соблюдать все правила семинедельного поста. Некоторые решают поститься только в самые "важные" недели, другие для себя облегчают правила поста. Не удивительно,что те, кто выдерживает весь пост, очень горды этим. (Вспоминается фарисей, который  гордился тем,что постился два раза в неделю... (Лк. 18: 11, 12).) Кроме Пасхального, есть еще много других постов, в том чиле, однодневных. Система постов очень сложная и довольно обременительная. По церковным правилам в посты не разрешается есть пищу животного происхождения и растительное масло, хотя в определенные дни даются послабления относительно последнего, а также рыбы. На исповедях главный вопрос обычно: соблюдаете ли вы посты? И вся эта система еще более усложняется и обрастает дополнительными человеческими установками.

       Но действительно ли нужна такая сложная система постов? Угодна ли она Богу? Может быть, напрасно "бремена тяжелые и неудобоносимые возлагают на плечи людям" (Мф. 23: 4)? Да, Иисус Христос ожидал от своих последователей, что они будут поститься и молиться (Мф. 16). Но что такое пост? Обратимся к главному нашему консультанту, к Божьему Слову. Что Оно говорит о посте?

       В Библии пост неразрывно связан с усиленной молитвой. Причем пост означал полный отказ не только от пищи, но и от питья. Давид постился и молился  семь дней о заболевшем сыне (2 Цар. 12: 15-23). Он лежал на земле и ничего не ел. Слуги удивились, что когда младенец умер, Давид "...встал и ел хлеб [и пил]". Он объяснил, что постился и плакал, надеясь, что Господь помилует сына, а сейчас нет смысла поститься. Когда царем Артаксерксом был подписан указ об истреблении Иудеев (Есф. 3: 12-14) и для их спасения Есфирь с опасностью для жизни должна была войти к царю, она велела всем Иудеям поститься и молиться  ради нее: не есть и не пить три дня и три ночи. И чудесным образом Иудеи были спасены (Есф. 4: 8-17). Когда Ниневитяне узнали, что Бог хочет разрушить их город, в городе объявили пост: "...чтобы ни люди, ни скот, ни волы, ни овцы ничего не ели, не ходили на пастбище и воды не пили..." (Иона 3: 7). И  Господь отсрочил суд над Ниневией более, чем на сто лет. Самый нечестивый правитель Израиля Ахав был помилован, когда смирился пред Господом в посте и молитве (3 Цар. 21: 27-29). Из Писания видно, что сами посты и продолжительность их зависили от обстоятельств жизни народов или отдельных лиц (Исх. 24: 18; Суд. 20: 26; 2 Цар. 1: 12; 1 Пар. 10: 12; 2 Пар. 20: 3-4; 1 Езд. 8: 21). Законом был предписан только один пост - в великий день Очищения. Таже Богом назначались посты для народа через пророков в дни бедствий (Иоил. 1: 14; 2: 15;). Господь хочет, чтобы люди постились искренне, в чистоте своего сердца и помыслов, а не как лицемерные фарисеи, чтобы показать себя постящимися перед людьми. Такой пост Он обличает, также как и пост без добрых дел (Ис. 58: 3-10). Господь говорит: "Вот пост, который Я избрал: разреши оковы неправды... и расторгни всякое ярмо; раздели с голодным хлеб твой... когда увидишь нагого, одень... Тогда откроется, как заря, свет твой, и исцеление твое скоро возрастет..." (Ис. 58: 6-8). Когда Иисус говорит о лицемерах, которые сердцем далеки от Бога  и чтут Его только языком, Он ссылается на Исаию (МФ. 15: 7-8). Он призывает учеников, чтоб они  постились, молились и творили милостыню, "не пред людьми, но пред Отцом...", "Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно" (Мф. 6: 16-18). Сам Иисус Христос перед началом своего служения постился "сорок дней и сорок ночей" , когда "возведен был Духом в пустыню"  (Мф. 4: 1- 2). Апостолы  постились в ответственные моменты служения (Деян. 13: 2-3; 14: 23; 2 Кор. 6: 5). Апостол Павел часто постился, но вынужденные голод и жажду он отделял от поста - добровольного отказа от пищи ради Господа (2 Кор. 11: 27). Следует заметить, что в Библии есть четкое разграничение понятий поста и воздержания от определенных видов пищи и питья. Так Бог назначает Ездре семь дней, в которые он "не постясь однако в них" должен был "питаться только от полевых цветов и не вкушать мяса" и молиться непрестанно. И в течение семи дней он "вкушал от полевых трав" и была ему "пища от них в насыщение" (3 Езд. 9: 23-26) Так Господь, когда избирает для себя назореев, Он налагает для них ограничения в пище (Суд. 13; 1 Цар. 1; Лк. 1: 15). И все, кто давали Богу обет назорейства, не пили вина и сикеры. Иоанн Креститель питался только акридами и диким медом (Мф. 3: 4).  Даниил в течение 21-го дня не ел мяса, "вкусного хлеба" и не пил вина (Дан. 10: 2-4), несколько лет ел только овощи и пил только воду (Дан. 1).

     То, что дано в Божьем слове, мы должны взять в пример. Ни прибавить к этому, ни убавить, ибо "Бог - не человек... и не сын человеческий, чтобы ему изменяться" (Чис. 23: 19). А потому и не может быть изменено основание, которое заложил Он сам. Мы должны смириться, обратиться от худых путей своих, а в бедствиях "...говорит Господь: обратитесь ко Мне всем сердцем своим в посте, плаче и рыдании" (Иоил. 2: 12). Тогда "...слава Господня будет сопровождать тебя", "и будет Господь вождем твоим всегда..." (Ис. 58). "Господь смотрит на сердце" (1 Цар. 16: 7; Пар. 28: 9). Он откликается на смирение и не отвергает "сердца сокрушенного и смиренного" (Пс. 50: 19).  Пост не должен быть мрачным (Мф. 6: 16). Пост может быть, как говорит Господь (Зах. 8: 19), "радостью и веселым торжеством; только любите истину и мир".

     Таковы наши размышления в ответ на поставленный вопрос. Хочется надеяться, что даже такое беглое изложение темы может побудить того, кто любит Бога, обратиться к Божьему Слову и самому решить, как ему поститься и смиряться перед Господом, чтобы быть угодным Ему.

       (Смотрите также на нашем сайте видеопроповедь Дерека Принса "Fasting" ("Пост").)

 


Комментарии: 2
10
13 фев 10, 20:38 Ольга Голипад 0

ДОПУСТИМЫ ЛИ ЯЗЫЧЕСКИЕ ТРАДИЦИИ В ХРИСТИАНСТВЕ?

                             Вымыслы человеческие ненавижу,                                                            а закон Твой люблю. ( Пс. 118: 113 )

 

 


 

        Вымыслы человеческие противопоставлены закону,то есть Слову Божиему. Но коварны  козни лукавого, и вымыслы человеческие под разным видом отвращают людей от Слова Божиего. Иисус Христос обличал тех, кто устранял заповедь Божию своим преданием: "...тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим" (Мф. 15: 9). Апостолы предупреждали: "...будет время, когда здравого учения принимать не будут... И от истины отвратят слух и обратятся к басням" (2 Тим. 4: 3, 4). Смотрите, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу..." (Кол. 2: 8) И Павел предвидел: "...я знаю, что по отшествии моем войдут к вам лютые волки, не щадящие стада; Из вас самих восстанут люди, которые будут говорить превратно, дабы увлечь учеников за собою" (Деян. 20: 29-30). И Апостол призывал пресвитеров церкви "пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею" и бодрствовать (ст. 28, 31).  И мы видим, что опасения Апостолов не были напрасны. Многие христианские церкви отступили от истины, торжествуют языческие традиции и под видом христианских - языческие праздники.  И при этом ссылаются на необходимость соблюдения традиций отцов и осуждают "излишнее увлечение" Библией (Словом Божиим!). Забывают, что Господь запрещал следовать заблуждениям отцов: "Не ходите по преданиям отцов ваших" (Иез. 20: 18). Не оправдывает Господь и недостаточное знание Библии: "Истреблен будет народ  мой за недостаток ведения... как ты забыл закон Бога твоего, то и Я забуду детей твоих" (Ос. 4:6). Подлинно:"Ужас овладевает мною при виде нечестивых, оставляющих закон Твой" (Пс. 118: 53).

 


Комментарии: 3
11
28 дек 09, 23:57 Ольга Голипад 0

ЛЮБИМ ЛИ МЫ БИБЛИЮ - СЛОВО БОЖИЕ?

Псалом Давида

22  1 Господь - Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться: 
2 Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим, 
3 подкрепляет душу мою, направляет меня на стези правды ради имени Своего. 
4 Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох - они успокаивают меня. 
5 Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена. 
6 Так, благость и милость да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни. 

 

 

     Многие верующие любят этот Псалом Давида и знают его наизусть.

      Но Любим ли мы своего Пастыря? Если любим, то следуем Его наставлениям.

      Любящий Пастырь наш - Господь -  дал нам в наставление Свое Слово - "слова чистые, серебро, очищенное от земли в горниле, семь раз переплавленное" (Пс. 11: 7). "Слово Твое - светильник ноге моей и свет стезе моей",- говорит Давид в Псалме 118 (ст. 105)  и  восклицает: "Как люблю я закон Твой! весь день размышляю о нем." (ст. 97). Любим ли мы закон Бога, то есть Писание, чтобы размышлять о нем каждый день и чтобы оно было светом на нашем пути? Ведь "Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности... " (2 Тим. 3: 16). И Апостолы подчеркивали: "... мы непрестанно благодарим Бога, что, приняв от нас слышанное слово Божие, вы приняли не как слово человеческое, но как слово Божие,- каково оно есть по истине..." (1 Фес. 2: 13). И поэтому хочется повторить вслед за Давидом: "Вымыслы человеческие ненавижу, а закон Твой люблю." (Пс.118: 113).

      Если мы любим Слово Божие (Библию), то мы читаем его каждый день и наставляемся. Если мы не любим  Библию, то отвергаем Слово Божие, отказываемся от света, и как неразумные овцы убегаем от своего любящего Пастыря и сами обрекаем себя на погибель.

        (Смотрите на нашем сайте видеолекцию Александра Меня "Слово о Библии".)


Комментарии: 3
10
28 дек 09, 23:42 Ольга Голипад 0
Показаны все темы: 6 RSS друзей

Последние комментарии

ПРОТИВОРЕЧИЯ В КОРАНЕ – «КЛЮЧ ОТ КЛАДЕЗЯ БЕЗДНЫ»
ahadjon kahorov
ahadjon kahorov zdes vsyo preuvili4enno istinniaya vera islam!

РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО ИЛИ ПРАЗДНИК МИТРЫ
Лариса Орел
Лариса Орел АМИНЬ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО ИЛИ ПРАЗДНИК МИТРЫ
Лариса Сырбачева
Лариса Сырбачева Аминь!

ОДИН ГОРОД = ОДНА ЦЕРКОВЬ = ИМЯ ИИСУСА ХРИСТА
Светлана Чернецкая
Светлана Чернецкая Истинно так!!!

ОДИН ГОРОД = ОДНА ЦЕРКОВЬ = ИМЯ ИИСУСА ХРИСТА
Лариса Орел
Лариса Орел И Бог один и вера ,и Слово ОДНИ для всех!


Поиск по блогу